Нет, космос меня не привлекал. Нравились цветочки, растения. Мама все время что-то сажала, выращивала, поливала. Я рос в «ботаническом саду», где все было красиво и с любовью. Надо было снимать «Биологическая Машка».
«В кино идут чаще за славой и деньгами, в театр — за любовь»: разговор с Никитой Владимировым

Мечтали ли вы в детстве стать космонавтом, или как родилась идея «Космической Машки» и что стало отправной точкой для этого фильма?
Идею подкинул мой друг. Мол, взрослые говорят «надо», «пора», «правильно», а ребенок думает: «Кто все эти люди и почему они такие уверенные?» И Машка для меня как раз проверяет все эти убеждения взрослых на прочность.
В этом фильме вы совмещаете две ключевые роли — сценариста и режиссера. Как удается договориться с самим собой, когда режиссер внутри вас начинает критиковать написанный сценаристом текст прямо на площадке?
Гораздо больше проблем, когда сочетается режиссер и продюсер. Режиссер и сценарист — оба про творчество, а продюсер — про производство, деньги, продажи. И вот тут начинается настоящий конфликт.

Насколько сегодня в российском кино сложно делать семейный жанровый фильм, который не выглядит компромиссом ни для детей, ни для взрослых?
Не особо сложно. Так как почти все снимают семейное кино, делятся друг с другом опытом, мыслями, наработками, приемами. Вопрос только в наличии ресурсов, размера таланта и мастерства при создании фильма.
Вы также являетесь директором Театра на Страстном и нередко выпускаете фильмы. Какая роль ближе для вас и что проще реализовать в 2026 году: снять фильм или поставить спектакль?
Что проще в 2026 году? Ничего. Зависит от психотипа человека. Мне театр ближе: театр душевней, спокойнее, каждый вечер видишь своих зрителей. Театр — Мир в мире. Кино — дорогой, технологический процесс, длинный, с большими рисками, продажами. Вместо зрителей видишь цифры. Творчества в кино меньше, чем в театре. За некоторым исключением, в кино идут за славой и деньгами.

В фильме собрался достойный актёрский состав: Татьяна Догилева, Михаил Тройник, Константин Плотников. Как вам удалось привлечь их в проект и легко ли они согласились на участие в семейной комедии?
Все банально. Прикинули с кастинг-директором, кто нам может подойти из актеров под наше видение персонажей, позвали на кастинг, договорились про творчество, про деньги, про сроки — и в путь. Феллини как-то спросили: «А как вы решили снять фильм "Амаркорд"?» Он ответил: «Я подписал контракт».
Главная героиня фильма — 11-летняя девочка. Сложно ли работать с детьми и как проходили поиски главной героини?
Снимать детей и животных самое сложное, так как они нестабильны по настроению, не всегда могут точно повторять из дубля в дубль несколько актерских задач одновременно. Там же важно кадры склеить потом, чтобы ты одной рукой взял, этой же рукой поставил, голову налево, глаз направо, текст сказал — из дубля в дубль так, а потом все то же самое, только с другой камеры, с другой точки. И ребенку физически тяжело это делать.
Правда, за время сказочного бума в кино появились кинодети, которые уже просто монстры профессии. Но детишки были у нас классные. Я их полюбил всех очень.

Поиски так проходили: 1000 детей посмотрели и нашли. Девочка уникальная — Аза, француженка, семья которой переехала в Россию. Чудесная девочка и прекрасная семья. Вот прям великолепные, светлые люди. Добрые, открытые. Как будто и не французы.
В подростковом возрасте дистанция между родителями и детьми часто становится максимальной. Какое главное «послание» вы заложили для отцов, которые придут на этот фильм со своими дочерьми?
Сценарий — это вымысел, пропаганда вечных ценностей. Я просто показал, какая классная дочь и какой классный отец, потому что они очень уважают, любят и слышат друг друга. Вот так просто, но так сложно.
