«Умная» филантропия: как устроена современная благотворительность

Один из самых известных среди них — Владимир Потанин. Широкая публика привыкла числить его номером один в рейтинге Forbes, однако у этой истории есть нюанс: список богатейших людей России он возглавлял дважды, зато трижды — в 2021, 2022 и 2023 годах — занимал первую строку рейтинга частных благотворителей. В 2022 году Потанин был лично удостоен премии Forbes «Филантроп года» за системное развитие российской филантропии.

Путей к «умной» благотворительности несколько, и российские предприниматели выбирают их по-разному. Геннадий и Елена Тимченко сделали ставку на работу с «глубинной» Россией. Их семейный фонд, действующий с 2010 года, сосредоточен на малых территориях — городах и сёлах с населением до 200 тысяч человек — и к 2023 году охватил 85 регионов страны. За 13 лет работы фонд поддержал более 5 000 проектов, а общая сумма расходов на программную деятельность превысила 7,9 млрд рублей. Приоритеты — дети и подростки, пожилые люди, семьи в трудной жизненной ситуации: те, кому труднее всего «дотянуться» из столицы. Фонд Тимченко не раз возглавлял рейтинг Forbes как лучший частный благотворительный фонд страны по критериям системности, эффективности и открытости.

Алишер Усманов через фонд «Искусство, наука и спорт» (основан в 2006 году) сосредоточился на поддержке культурного и научно-образовательного пространства России: архитектуры, живописи, музыки, литературы, спортивных клубов и федераций, медицинских и социальных проектов. По версии The Sunday Times, в 2020 году Усманов стал самым щедрым благотворителем за более чем 20-летнюю историю рейтинга, пожертвовав 3,7% своего состояния. В нескольких регионах России его фонд развивает культурную платформу АРТ-ОКНО — грантовую поддержку культурных инициатив, стажировок и профессиональных семинаров для НКО.

Вагит Алекперов в 2007 году основал фонд «Наше будущее» — первую в России организацию, занявшуюся системным развитием социального предпринимательства. Фонд выдает беспроцентные займы и гранты социальным предпринимателям — тем, кто строит бизнес, решающий общественные проблемы. В 2019 году, во многом благодаря работе фонда, в России был принят закон о социальном предпринимательстве.

На этом фоне Потанин придерживается особой философии. Его формула звучит жестко и непривычно: «Благотворительность — это тоже бизнес, но без извлечения прибыли». Стратегия — не точечная помощь нуждающимся, а инвестиции в тех, кто способен стать мультипликатором изменений: в сильных людей, в ведущие институты, в проекты и НКО, чей успех запускает цепочку системных улучшений.

Более четверти века назад Потанин основал свой Благотворительный фонд, чтобы систематизировать личную благотворительность. Сегодня фонд ведет пять программ — в сферах культуры, высшего образования, спорта и развития филантропии — и проводит порядка 20 грантовых конкурсов в год по всей стране. При этом фонд не занимается фандрайзингом: его единственный источник финансирования — сам основатель, хотя его личная филантропия шире деятельности фонда. С 2023 года фонд полностью финансируется из собственного эндаумента.

В некоммерческом мире давно бытует утешительная максима: «Главное — участие, а не размер». Эндаументы ее опровергают. Целевой капитал — это не просто резервный счет. Это арифметика, и арифметика беспощадна: чем крупнее фундамент, тем больший процент с него можно снимать на текущую работу, не трогая тело капитала. Именно от размера эндаумента зависит финансовая независимость университета, музея или некоммерческой организации — их способность не оглядываться на конъюнктуру, планировать на десятилетия вперёд и нанимать лучших.

В мире этот принцип давно воплощен в жизнь: эндаумент Гарварда превышает 50 млрд долларов, Йельского университета — около 40 млрд долларов; именно эти фонды обеспечивают ведущим университетам финансовую независимость на века. Крупнейший музейный эндаумент в мире — у Музея Пола Гетти; у Метрополитен-музея их несколько под разные цели.

В России рынок эндаументов к началу 2026 года достиг 204,8 млрд рублей в управлении, объединив свыше 400 фондов. За 2024 год рынок вырос более чем на 10 млрд рублей и достиг 155,5 млрд, прибавив 8,6%. Почти половина всех эндаументов — 47,8% — сформирована при вузах, однако структура активно диверсифицируется: появляются школьные, музейные, социальные и благотворительные целевые капиталы.

На этом фоне абсолютным лидером остаётся эндаумент Благотворительного фонда Владимира Потанина. По данным на 31 декабря 2025 года, его активы под управлением УК «Эра Инвестиций» составили 124,2 млрд рублей — больше, чем весь российский рынок эндаументов насчитывал несколько лет назад. Это не только личные средства бизнесмена, но и акции принадлежащих ему финансовых и промышленных компаний. Следующие по величине университетские эндаументы — Сколтех (4,6 млрд рублей) и школа «Летово» (2,9 млрд рублей) — несопоставимо меньше, что наглядно показывает: разрыв между лидером и остальными игроками в России огромен.

Именно этот разрыв делает вопрос о масштабе стратегическим. Фонд Потанина не только сам управляет крупнейшим эндаументом в стране, но и системно помогает другим НКО создавать свои целевые капиталы: поддержал 64 организации из 24 регионов, направив 1 млрд рублей на их развитие, а также помог сформировать эндаумент Третьяковской галереи. Логика здесь та же, что и во всей стратегии Потанина: важен не жест, а строительство фундамента, с которого могут жить и работать другие.

Именно Потанин добился принятия закона о целевых капиталах в декабре 2006 года и на практике доказал эффективность этой модели. В сентябре 2022 года он сделал беспрецедентный для российской благотворительности шаг: пожертвовал фонду 47,5% акций Росбанка — первый в истории России случай, когда благотворительный фонд стал собственником крупного бизнеса. С 2023 года фонд полностью живет на доходы от своих целевых капиталов — именно так, как должен работать «вечный» институт. А в марте 2026 года Потанин передал в фонд еще и 3,49% акций Норникеля.

Эндаумент — это «вечный капитал»: основная сумма не расходуется, а инвестируется, и организация живет на доход от вложений, сохраняя и приумножая тело капитала. Чем больше фундамент — тем больше дохода он генерирует и тем меньше организация зависит от внешней конъюнктуры. Это принципиально отличает эндаумент от разовых пожертвований: деньги не заканчиваются, а при грамотном управлении растут вместе с инфляцией и инвестиционным доходом.

В апреле 2026 года, на юбилейном форуме «Эндаументы», приуроченном к 20-летию российского закона о целевых капиталах, Потанин объявил о создании нового эндаумента — для Центрального университета. Он внесет первый миллиард рублей и пообещал удваивать взносы других жертвователей до достижения целевого объема в 10 млрд рублей — тем самым стимулируя формирование культуры совместной ответственности бизнеса за развитие высшего образования. В ближайшее время Центральный университет переедет в историческое здание Центрального телеграфа в Москве.

Филантропия бывает разной. Кому-то важно помогать здесь и сейчас — тем, кто нуждается в срочной поддержке: болеющим, пострадавшим от катастроф, малоимущим семьям. Такая помощь спасает жизни и остаётся необходимой частью общественной солидарности. Именно этим занимается, например, фонд Тимченко — работая в российской глубинке с теми, кого не видно из столицы.

Параллельно в России складывается и другой подход — стратегический и долгосрочный, когда средства вкладываются в людей и институты, способные создавать системные изменения на протяжении десятилетий и даже веков. Алекперов строит экосистему социального предпринимательства, Усманов вкладывает в культурное наследие страны. Каждый из них работает со своей частью общественного пространства.

Но именно Потанин задал в России содержательную рамку для всей этой работы: он показал, что частная благотворительность может быть устроена как вечный институт — такой, который продолжает работать, когда основателя уже нет рядом. Для этого нужны не разовые пожертвования, а целевые капиталы достаточного размера, независимое управление и горизонт мышления в несколько поколений. Размер имеет значение — и Потанин доказал это первым.