По итогам 2025 года среди экономически активного населения доля занятых составила 97,8%. В 2026-м уровень безработицы продолжил снижаться и в феврале опустился к отметке 2,15%. Глядя на такие цифры, можно решить, что с рынком труда в России все в порядке и поводов для беспокойства нет. Однако рекрутинговые платформы фиксируют совсем другую динамику. В феврале на одну вакансию приходилось 9,8 резюме, а в марте — 11,5. Это уже не дефицит кадров, о котором говорили еще год назад, а вполне ощутимая конкуренция между соискателями.
Тревожный сигнал: почему россиян массово переводят на неполную занятость
Страну захлестнул бум экономии на кадрах.
Freepik
Пока одни предлагают россиянам трудиться шесть дней в неделю, бизнес, наоборот, переводит сотрудников на неполный рабочий день. Почему этот тренд опасен для экономики — в материале Men Today.
Содержание
В России растет неполная занятость
Причина во многом кроется в том, как именно отечественный бизнес адаптируется к ухудшающейся конъюнктуре. В западной модели все предельно просто: падает спрос — начинаются сокращения. В России работодатели действуют иначе. Они стараются не увольнять людей, а переводят их на неполный рабочий день или сокращенную неделю. Формально человек остается трудоустроенным, но фактически его доход снижается. В результате в Росстат поступают неполные данные о рынке труда, поэтому общая картина выглядит лучше, чем есть на самом деле.
«Ситуация действительно странная, рынок труда поляризован. Официально безработица снижается, а по рынку труда видно, что она растет. Это происходит по той причине, что работодатели не торопятся подавать сведения о сокращении кадров в службы занятости, так как предполагают, что люди сами найдут работу. Ситуация закономерная», — отмечает доцент кафедры управления человеческими ресурсами РЭУ им. Плеханова Людмила Иванова-Швец.
Что происходит с экономикой
Когда компании переводят сотрудников на сокращенный график, это почти всегда означает одно: спад деловой активности и заморозка рынка труда. IT-эксперт и основатель HR-платформы «it_smiles» Юрий Гизатуллин описывает ситуацию как «режим зомби» и называет происходящее тревожным сигналом для экономики. Чем меньше люди зарабатывают, тем меньше они тратят, а значит, замедляется и без того слабый рост.
Если в 2024 году экономика РФ прибавила 4,3%, то по итогам 2025-го рост составил около 1%. В начале 2026 года ВВП и вовсе сократился на 2,1%. Фактически речь идет о переходе к стагнации. О таком сценарии ранее предупреждали аналитики Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). По их оценке, прежняя модель развития себя исчерпала. Она держалась на увеличении зарплат и потребления населения, жилищном строительстве и импортозамещении. Сейчас эти драйверы ослабли, а новых точек роста за это время не появилось. И если в предыдущие годы во многом ситуацию «спасали» бюджетные вливания, льготные кредиты и наличие свободных ресурсов, то к 2026-му возможностей для господдержки кризисных отраслей заметно поубавилось.
На этом фоне ухудшается и состояние бизнеса. Число убыточных компаний в прошлом году выросло до 18,2 тысячи, а их доля приблизилась к 30%. В отдельных отраслях ситуация еще тяжелее. Например, в угольной промышленности убыточными стали более двух третей предприятий. Совокупный убыток компаний достиг рекордных 7,5 триллиона рублей. Меняются и настроения предпринимателей. Впервые с 2022 года индекс бизнес-климата ушел в отрицательную зону. По данным опроса делового объединения «Опора России», почти 95% компаний сегодня фиксируют ухудшение условий работы, а более трех четвертей говорят о серьезных проблемах.
По прогнозам экспертов, в ближайшее время рынок может потерять до трети предприятий малого и среднего бизнеса. При этом именно этот сектор еще недавно был одним из главных источников доходов бюджета. В прошлом году он обеспечил казне 13,2 трлн рублей — на 50% больше, чем нефтегазовый сектор.
Чем это грозит
По оценке генерального директора «Pro-Vision Communications» Владимира Виноградова, «режим зомби» рискует закрепиться в России надолго. Длительное снижение доходов при переводе сотрудников на неполную занятость может со временем привести к новой волне увольнений и усилению социальной напряженности. Как отмечает эксперт, сегодня порядка 50% работников еще готовы мириться с временным падением зарплат. Однако если ситуация затянется, терпеть сокращение дохода будут лишь 20%.
В то же время уже сейчас падает эффективность труда. Снижение зарплаты почти всегда сказывается на мотивации. Когда сотрудники переводятся на сокращенный график и теряют часть дохода, они меньше вовлечены в работу и реже показывают высокие результаты. Так, по оценкам экспертов, в компаниях с высокой долей неполной занятости производительность падает в среднем на 10–15%. Это, в свою очередь, бьет по экономике страны.
Между тем рассчитывать на быстрый экономический разворот в ближайшее время не приходится. Несмотря на высокие цены на нефть, ожидаемого импульса для роста пока нет. Как объясняет доцент РЭУ им. Плеханова Людмила Иванова-Швец, нефтяные доходы поступают в экономику с задержкой и не дают мгновенного эффекта.
Кроме того, сохраняются внутренние ограничения. Спрос остается сдержанным, кредиты дорогими, а ключевая ставка, несмотря на постепенное снижение, по-прежнему тормозит развитие бизнеса. Рынок сейчас находится в стадии серьезной адаптации к изменившимся условиям. По оценкам экспертов, период низкой деловой активности в России может затянуться до двух лет. Это означает, что неполная занятость и связанное с ней снижение доходов рискуют стать не временной мерой, а устойчивой тенденцией.