Илон Маск против OpenAI: полная история конфликта, в котором проиграл богатейший человек мира

Вердикт, вынесенный после менее чем двух часов обсуждения, является резким опровержением утверждений Маска о том, что Альтман «украл благотворительную организацию», возглавив OpenAI. Он также открывает перед компанией, занимающейся ИИ, путь к выходу на биржу в конце этого года с оценкой примерно в триллион долларов.

Решение присяжных носит необязывающий, консультативный характер, что оставило судье Ивонн Гонсалес Роджерс полномочия для вынесения собственного решения. Она же заявила, что согласна с решением жюри, отклонила иски и немедленно прекратила дело.

Было установлено, что обращение Илона Маска, поданное в суд в 2024 году, не подпадает под срок исковой давности. Один из ключевых юридических аргументов на процессе касался того, имели ли место предполагаемые бизнесменом нарушения до определенных дат. Со своей стороны OpenAI утверждала, что Маск был хорошо осведомлен о планах компании по переходу на коммерческую структуру еще в 2017 году, поэтому его иск подан за пределами трехлетнего срока исковой давности.

В суде Илон Маск обвинял Альтмана и Брокмана в том, что они превратили OpenAI в «машину для прибыли», чему в том числе способствовал многомиллиардный альянс с Microsoft. Последнее, по его словам, фактически сделало стартап дочерней структурой и переключило фокус с «открытого ИИ» на максимизацию дохода крупной корпорации.

Этот процесс стал одним из самых пристально отслеживаемых в технологической сфере и позволил заглянуть за кулисы непростой истории OpenAI. Хотя его исход стал победой для Сэма Альтмана, дело обнародовало множество нелицеприятных подробностей и эпизодов, связанных с обоими магнатами.

В ходе судебного разбирательства были вызваны многочисленные нынешние и бывшие руководители OpenAI для дачи показаний об истории компании, а также эксперты из академической среды по вопросам некоммерческого права и корпоративного управления. Юристы обеих сторон представили множество частных текстовых сообщений, электронных писем и других внутренних документов, чтобы воссоздать историю основания фирмы, в том числе момент, когда истец узнал о коммерческих планах OpenAI.

Первым главным свидетелем на процессе стал сам Илон Маск. Он давал показания в течение трех дней подряд, рассказывая о своих обвинениях против Альтмана, временами проявляя агрессию и повышая голос в моменты раздражения. По его версии, именно он был главной причиной того, что компания вообще смогла начать деятельность. Маск утверждал, что первоначальная миссия стартапа — улучшение жизни человечества — была вызвана его опасениями, что Google нельзя доверять в разработке ИИ. Он считает, что его благие надежды на OpenAI были разрушены коварным Альтманом, который захватил контроль над компанией и отказался от ее благотворительной миссии в погоне за прибылью.

На перекрестном допросе Маска, его показания резко изменились. Адвокат OpenAI Уильям Савитт задавал ему множество вопросов о том, что ему было известно о коммерческих планах компании. На это истец реагировал очень раздраженно, за что даже получил выговор от судьи. Маск отметил потом, что сложные вопросы призваны его запутать.

Эта часть процесса неоднократно рисовала нелестный портрет Альтмана как обманщика. Бывший технический директор Мира Мурати описала его как человека, который часто «говорит одно одному человеку и совершенно противоположное другому», а бывший член совета директоров Наташа МакКоли обвинила топ-менеджера в создании «повторяющихся кризисных ситуаций» своим руководством.

Соучредитель и бывший главный научный сотрудник OpenAI Илья Суцкевер подтвердил свое раннее заявление совету директоров о том, что Альтман «демонстрирует устойчивую склонность ко лжи, подрыву авторитета своих руководителей и стравливанию их друг с другом». Известно, что он, Мурати и МакКоли участвовали в попытке сместить Альтмана в 2023 году и с тех пор покинули компанию.

Когда Сэм Альтман выступил в суде на последней неделе процесса, он представил свою версию истории OpenAI и участия в ней Илона Маска. По его словам, Маск был сложным и непредсказуемым соучредителем, который деморализовал сотрудников агрессивным стилем управления и стремился к власти для себя. В какой-то момент миллиардер хотел «полного контроля» над компанией и однажды предложил передать власть своим детям после его смерти.

Альтман также раскритиковал утверждение Маска о том, что его соперник украл благотворительную организацию, заявив, что OpenAI создала одну из крупнейших благотворительных организаций в мире, и что именно Маск намерен ее уничтожить.

В ходе перекрестного допроса адвокат Маска вновь задал Альтману вопрос о том, заслуживает ли он доверия, и зачитал ранее данные показания бывших коллег, порочащие его репутацию: «Вас неоднократно называли лжецом и обманщиком люди, с которыми вы вели дела, верно?» На это ответчик ответил лишь: «Я слышал, как люди так говорили».

Помимо Маска и Альтмана, присяжные заслушали выступления президента OpenAI Грега Брокмана, генерального директора Microsoft Сатьи Наделлы и Шивон Зилис, бывшей участницы совета директоров OpenAI, а ныне романтической партнерши Маска. Каждый из них подарил наблюдателям одни из самых запоминающихся моментов судебного процесса.

Наделла рассказал о своей роли в разработке OpenAI и в одном из своих замечаний раскритиковал членов совета директоров, которые пытались сместить Альтмана в 2023 году. Он заявил, что они не смогли объяснить свою позицию и ввергли компанию в хаос. «На мой взгляд, это было довольно дилетантски, — свидетельствовал бизнесмен. — Я очень опасался, что сотрудники массово уйдут».

Тем временем Брокман подвергся критике из-за личного дневника, который вел в годы основания OpenAI и который содержал записи вроде: «Что в финансовом плане позволит мне достичь одного миллиарда долларов?» Адвокаты Маска представили дневник как доказательство бессердечных амбиций и намерения обмануть своего клиента, в то время как, по версии OpenAI, это выборочный документ, представляющий собой поток сознания, который ничего не доказывает. Брокман же не был рад тому, что дневник стал достоянием общественности: «Это очень больно. Это очень личные записи, которые не предназначались для всеобщего обозрения, но в них нет ничего, чего бы я стыдился».

Судебный процесс приобрел еще более личный характер, когда на трибуну вышла Зилис, мать четверых детей Маска и руководительница компании Neuralink. Адвокаты OpenAI обвинили ее в том, что она выступала в качестве инсайдера для партнера, пока была членом совета директоров OpenAI, передавала ему информацию и скрывала романтические отношения с миллиардером. Зилис отрицала, что когда-либо шпионила для Маска.

В ходе показаний Зилис адвокаты упомянули переписку между ней и ее подругой после того, как стало известно, что Илон Маск запускает собственную компанию по ИИ-разработке, а она покинула совет директоров OpenAI. Это позволило взглянуть на странную реальность, в которой живет мировая технологическая элита. «Достижения И. получили широкую известность», — говорится в сообщении Зилис. «Черт, — отвечает собеседница. — Ты в порядке?» «Когда отец твоих детей начинает конкурентную борьбу и набирает игроков через открытый интернет, ничего не поделаешь», — ответила Зилис.

После оглашения приговора на небольшой пресс-конференции перед зданием суда ведущий юрист OpenAI Уильям Савитт заявил, что присяжные учли сотни доказательств и выслушали показания свидетелей в течение нескольких недель. В конечном итоге они признали дело Илона Маска «лицемерной попыткой саботажа конкурента».

«Мистер Маск умеет рассказывать истории, — сказал Савитт. — Но сегодня присяжные пришли именно к такому выводу: это всего лишь истории, а не факты». Юрист добавил, что вердикт «не является техническим решением, а имеет содержательный характер». В нем жюритакже признали Microsoft невиновной. Представитель компании заявил: «Факты и события в этом деле давно ясны, и мы приветствуем решение жюри отклонить эти иски как несвоевременные».

Тем временем защита Маска — адвокаты Стивен Моло и Марк Тоберофф — представила дело как доказательство своей правоты и разоблачение OpenAI, несмотря на поражение. Моло даже заявил, что показания были «ценны для всего мира», а решение присяжных было «техническим». Со своей стороны Маск написал в соцсети, что обжалует приговор.