Почему мужчины откладывают визит к врачу и игнорируют тревожные симптомы и как это связано с более поздней диагностикой рака? Об этом Men Today рассказала онкопсихолог Нина Хорькова, руководитель психологического направления Фонда «Онкологика» Мирославы Сергеенко.
Мужчина, который «держится»: как маскулинность мешает вовремя заметить рак
В кабинет онкопсихолога мужчины редко заходят первыми. Чаще — их приводят обстоятельства, близкие, диагноз, который уже невозможно игнорировать. И почти всегда за этим стоит одна и та же история: долго терпел, не обращал внимания, не хотел «раздувать из мухи слона», считал, что «само пройдет». Это часто не про безответственность, а культурный код.
GettyImages
Многие выросли в системе, где мужская идентичность во многом строится вокруг выносливости, контроля и молчания. «Мужчины не плачут», «не ной», «соберись», «будь сильным» — эти фразы часто становятся внутренними запретами на уязвимость. Именно здесь начинаются процессы, которые имеют в онкологии прямые последствия.
Терпеть до последнего
В своей практике психолога я регулярно слышу похожие формулировки: «Да я чувствовал, что что-то не так, но не придавал значения»; «Болело давно, но терпимо же»; «Других проблем много, некогда бегать по врачам». Важно понимать, что это не просто единичные решения. Это скорее поведенческий паттерн, сформированный годами. Мужчина учится игнорировать сигналы тела, если они не критические. А «критическим» становится уже то, что невозможно не заметить — сильная боль, выраженные симптомы, потеря функции.
Но онкология редко начинается с чего-то драматического. На ранних стадиях это может быть дискомфорт, усталость, небольшие изменения, которые легко списать на стресс, работу, возраст. И если человек привык «не обращать внимания», он и не обращает. Цена этой привычки — поздняя диагностика.
Еще один важный аспект — эмоциональная изоляция. Мужчинам часто сложно говорить о страхе, тревоге, сомнениях. Даже (или тем более) с близкими. Признать, что это может быть что-то серьезное, значит столкнуться с уязвимостью. А уязвимость воспринимается как слабость. А быть слабым для тех, кто видит в тебе опору — страшно. Вдруг разочаруются?
В результате человек остается один на один со своими переживаниями. И вместо того чтобы идти провериться, он выбирает стратегию избегания: «Лучше не знать, особо не беспокоит же пока». Это психологическая защита, понятная и очень человеческая. Но в контексте онкологии она становится фактором риска.
Подавленные эмоции — не абстракция
Когда мы говорим о подавлении эмоций, важно уйти от упрощений. Речь не о том, что «если не плакать — будет рак», конечно нет. Связь гораздо сложнее. Хроническое подавление чувств связано с постоянным внутренним напряжением. Человек не проживает эмоции, а «держит» их внутри, одновременно продолжая функционировать — работать, обеспечивать, быть «опорой».
Это состояние хронического стресса, к которому организм адаптируется, но ценой ресурсов. Снижается чувствительность к сигналам тела, ухудшается контакт с собой, с собственными ощущениями. Человек буквально хуже «слышит» себя. Ведь невозможно подавить только «негативные» чувства, приглушаются вообще все сигналы. И это снова возвращает нас к пропущенным симптомам.
Медицинская система как триггер избегания
Нельзя игнорировать и контекст: многие люди, не только мужчины, имеют опыт взаимодействия с медициной как с чем-то неприятным, пугающим или обесценивающим. К этому добавляется страх потери контроля. Диагноз — это ситуация, где вы не управляете происходящим полностью. А для человека, привыкшего быть «собранным» и «сильным», это особенно сложно и проще не заходить в эту зону вовсе.
Когда диагноз уже есть: что делать?
Парадоксально, но даже после постановки диагноза многие мужчины продолжают придерживаться той же стратегии: минимизировать, не показывать слабость, не обсуждать переживания. Они говорят: «Я справлюсь», «Главное — не раскисать», «Нечего тут жаловаться».
С одной стороны, это ресурс — способность мобилизоваться. С другой — это может мешать принятию помощи, в том числе психологической, и усложнять адаптацию к лечению. А лечение рака — это не только про тело. Это про страх, неопределенность, изменение образа себя, отношений, жизни в целом.
Что с этим делать? Важно сразу сказать: задача не в том, чтобы «отменить» маскулинность. Сила, выдержка, ответственность — это важные качества. Вопрос в том, какой ценой они реализуются. Здоровая альтернатива — расширение представления о силе. Это не только терпеть, но и замечать, что с вами происходит и не разрушаться от чувства страха.
- Нормализация обращения за помощью. Обращение к врачу — это не признак слабости, а форма ответственности. За себя, за близких, за свою жизнь.
- Развитие контакта с телом. Замечать изменения, не игнорировать симптомы, проходить регулярные обследования — это навык, который можно развивать.
- Разрешение на эмоции. Не обязательно сразу «делиться всем». Но важно хотя бы признавать внутри себя: да, мне тревожно, да, я переживаю. Это уже снижает внутреннее напряжение.
- Поддержка среды. Коллеги, семья, друзья играют огромную роль. Иногда именно они становятся теми, кто помогает сделать первый шаг — записаться к врачу, пройти обследование.
В благотворительном фонде «Онкологика» Мирославы Сергеенко доступна бесплатная помощь для людей с онкологическими заболеваниями и их близких. Можно получить поддержку психолога, а также консультацию карьерного специалиста — это особенно важно, когда болезнь влияет не только на здоровье, но и на профессиональную жизнь.
Говоря о связи маскулинности и поздней диагностики рака, важно не скатиться в обвинение. Мужчины не «виноваты» в том, что их так научили справляться с жизнью. Но у нас есть возможность пересматривать эти сценарии.