Перемены определенно есть. В какой-то момент жизни пришло осознание своей некомпетентности в некоторых вопросах: просто напросто стало совестно не знать необходимое. Органика в основном только была и так называемая любовь камеры. Но я, конечно, надеюсь, что они впоследствии никуда не уйдут.
«Мой внутренний баланс заключается в дисциплине»: Глеб Калюжный о новых вызовах, выгорании и любимых режиссерах

Несколько лет назад ты говорил, что боишься застрять в одном амплуа. Ощущение движения дальше есть? Что изменилось во внутреннем запросе к себе как к актеру, каким видишь себя ближе к 30?
Я начал изучать различные техники, более подробно и детально погружаться в материал. Мне стали давать более сложные и многослойные роли с непростыми характерами. В общем-то, хотелось бы просто наращивать взятый темп, не потерять внутренний запал, расти и работать.
Ты довольно рано стал знаменитым. Сейчас у тебя под 50 проектов — как ты умудряешься не выгорать?
Если честно, то выгорание уже случалось не единожды. Преодолевал его с трудом, а происходило все из-за огромной занятости, накопившихся бытовых и внутренних проблем. Взросление, которое все-таки никто ещё не отменял.

Главное, что все позади: я учился на своих собственных и чужих ошибках. Работать нужно в меру, не забывать отдыхать, никогда не терять азарт и подстегивающее чувство конкуренции с самим собой, коллегами или пространством. У каждого в этом плане свое топливо.
Тебя не так часто спрашивают про любимое кино и авторов. Кто из современников или режиссеров прошлого производит наибольшее впечатление? Расскажи, кого непременно нужно посмотреть всем поклонникам Глеба.
Из зарубежных режиссеров мне импонируют Кристофер Нолан, Мартин Скорсезе и Том Дичилло. Из советских — Эльдар Рязанов, Леонид Гайдай, Сергей Бондарчук и Никита Михалков. Однозначно, каждого из режиссеров, с кем мне довелось работать, я также рекомендую, ценю и уважаю.
В целом я люблю очень разное кино, ведь у каждого из авторов есть свой определенный почерк и форма повествования. Чтобы не особо углубляться, порекомендую вам три фильма: «Бьютифул», «Любовь и голуби», «Жизнь в забвении».
Ты пишешь музыку и снимаешься в кино. Внутри происходит какое-то разделение на музыкальную и актерскую ипостаси?
Я не разделяю. Для меня обе формы искусства являются способами самовыражения. Будучи актером, я могу дать зрителю посмотреть на себя со стороны — подсветить особенности характера, тем самым словесно или невербально давая возможность человеку провести работу над собой и сподвигнуть его к изменениям. Будучи музыкантом, я точно так же даю слушателю самое главное — эмоции. Только здесь это скорее исключительно мой личный взгляд на происходящее с тобой сегодня, завтра или вчера. Я дарю людям импульсы, эмоции и варианты выхода из внутренних стопов.

Бывает ли страх «разорваться» между направлениями — или наоборот, именно разнообразие дает ощущение устойчивости?
Страха нет. Разносторонность как раз и дает мне свободу, необходимую в любом из проявлений. Концентрация на поставленных целях, постоянный контроль и отслеживание своих эмоций. Проще говоря, мой баланс заключается в дисциплине.
Как ты чувствуешь себя сейчас — не как артист, а просто как человек?
Чувствую себя хорошо, благодарю! Вдохновлен, заряжен на победы, схоже с энергий, что была в самом начале карьеры и творческого пути. Начал жить заново.
Расскажи про проект «Несвятая Валентина». Чем тебя привлекла эта история?
Сценарий понравился и команда. Конечная или начальная точка для любого человека — любовь. Она абсолютно во всем, и нуждаются в ней так или иначе все. Мне отозвалась легкость этой истории, заложенные в ней слои и сам формат: романтическая комедия — это что-то новое для меня. А я люблю вызовы в профессии, потому и ныряю с головой в неизведанность.

Если смотреть вперед не с точки зрения проектов, а в более глобальном смысле: какие задачи тебе сейчас кажутся важными — в профессии и вне ее?
Обрести твердую почву под ногами, получить высшее образование, повысить свой профессионализм, нести в общественность светлые догмы, становиться лучше с каждым днем. Планы большие, не хочется сглазить.
И напоследок: если представить, что через десять лет ты случайно наткнешься на это интервью — что тебе было бы важно в нем услышать о сегодняшнем себе?
Ты молодец и все делал правильно. Случайностей не бывает.
