Один из самых обсуждаемых силовых атлетов последних лет, ставший для многих олицетворением абсолютной физической мощи, дал развернутое интервью в подкасте Глеба Соломина.
Феномен Андрея Смаева: как «Русский Халк» ломает стереотипы о силе и генетике
Атлет с уникальными данными развеял миф о врожденном таланте, заявив, что его сила — результат монотонной работы и жесткой дисциплины.
Подкаст Глеба Соломина
Разговор вышел далеко за рамки привычного обсуждения рекордов и килограммов на штанге, а затронул социальные аспекты спорта, экономическую реальность российских атлетов и личную философию человека, которого западная аудитория называет не иначе как «Русский Халк».
Андрей Смаев, чья медийность выросла без участия крупных брендов и продюсерских центров, впервые подробно объяснил, почему продолжает работать на заводе и отказывается встраиваться в столичную фитнес-индустрию.
Школьная травля, аутизм и бодибилдинг: Том Столтман рассказал о своем пути к званию самого сильного человека в мире
Что такое высокоповторный метод Винса Жиронды: как наращивали мускулатуру в золотую эру бодибилдинга
Концепция разумного бодибилдинга Брайана Крана: несколько советов для максимально эффективных тренировок
Что такое высокоповторный метод Винса Жиронды: как наращивали мускулатуру в золотую эру бодибилдинга
Концепция разумного бодибилдинга Брайана Крана: несколько советов для максимально эффективных тренировок
Международное сообщество обратило внимание на феномен Смаева задолго до всплеска его популярности в российских медиа. В англоязычном сегменте YouTube и на профильных форумах за ним давно и прочно закрепилось прозвище «Russian Hulk».
Иностранные эксперты отмечают, что интерес к нему вызывает не только внушительная мышечная масса или способность выполнять экстремальные подтягивания с огромным дополнительным весом, но и сам подход к тренировкам.
В интервью зарубежным блогерам Смаев подчеркивал, что не следует классическим методикам бодибилдинга или пауэрлифтинга, предпочитая сложные функциональные движения и уникальную систему нагрузок. При этом атлет прогрессирует вопреки стандартам индустрии, не имея доступа к дорогостоящей инфраструктуре.
В беседе с Глебом Соломиным Андрей Смаев разрушил популярный миф о своей исключительной генетической одаренности, который часто сопровождает его карьеру. Спортсмен заявил, что в детстве был абсолютно обычным ребенком, а его родители — отец и мама — не отличались выдающимися физическими данными и не принадлежали к династиям силачей.
Базой для будущих феноменальных результатов стала не наследственность, а монотонная работа. Смаев вспоминает летние каникулы у бабушки, где единственным снарядом был турник.
«Ежедневные занятия по 20–30 минут, в ходе которых я учился "держать памп" и чувствовать работу мышц, сформировали дисциплину, позволившую годы спустя выходить на помост с сотней килограммов на поясе», — рассказал Смаев.
В своем первом серьезном старте в Москве, который стал для него своего рода проверкой на прочность, атлет заявил начальный вес в 100 килограммов, в то время как большинство соперников начинали с весов в 70–75 килограммов. Несмотря на явное превосходство в силе, две первые попытки не были засчитаны судьями по формальным причинам. Вместо споров Смаев в третьей попытке заказал еще больший вес и успешно выполнил движение, забрав зачет.
«Этот случай научил важному правилу: в любой системе есть свои фавориты, и если ты приезжаешь извне, то для победы должен быть на голову выше остальных», — отметил спортсмен.
Обсуждая экономическую сторону вопроса, Смаев был предельно откровенен, заявив, что медали и кубки, которых у него дома скопилось множество, фактически бесполезны в быту.
«Победы на чемпионатах часто приносят лишь грамоты, банку протеина или полотенце, что никак не конвертируется в финансовое благополучие. Так что это рынок, где большинство силовых спортсменов не могут существовать только за счет призовых», — констатировал Смаев.
Именно поэтому Андрей Смаев продолжает работать на заводе в ночные смены, получая зарплату 50 тысяч рублей в месяц. И это не часть сценического образа «простого богатыря», а реальность, в которой живет атлет мирового уровня.
Логичным продолжением темы стал вопрос о переезде в Москву ради монетизации медийности и масштабирования успеха. Смаев объяснил свой отказ от переезда ценностью стабильности и привязанностью к родному закрытому городу.
«Я прагматично оцениваю риски, понимаю, что в случае увольнения с завода вернуться на прежнее место может быть проблематично», — заявил он.
При этом атлет не отрицает возможности более высоких заработков в столице, но ставит в приоритет комфорт, природу и ощущение «своего» места.
Примечательно, что философия тренировок Андрея Смаева также идет вразрез с популярными трендами на «любовь к себе» и баланс. Его формула прогресса строится на постоянном недовольстве собой и использовании негатива как топлива для роста.
Смаев убежден: «Если атлета все устраивает, развитие останавливается».
Он открыто признает, что силовой спорт высокого достижений требует работы на износ, готовности терпеть боль и микротравмы. По его словам, зная о вреде для здоровья, он все равно продолжает идти дальше, чтобы снова испытать эмоции преодоления.
Феномен Смаева заключается в том, что, обладая уникальными данными, он не стал частью глянцевой системы, сохранив свой ритм жизни, работу и ценности.