Тамагочи переживают новую волну популярности: почему люди продолжают заботиться о виртуальных питомцах?

Летом 2025 года в одном из общественных центров Торонто прошло необычное мероприятие, которое могло бы стать самой большой в мире — 162 брака — свадьбой тамагочи. Здесь собрались около 200 человек, которые поклялись оставаться вместе «даже при разряженных батареях и поцарапанных экранах». Многие приехали издалека, из Лос-Анджелеса и Техаса. Все они — члены канадского клуба «Тамагочи».

Созданные японской компанией Bandai в 1996 году, тамагочи быстро стали мировым хитом. За два с половиной года было выпущено более 40 миллионов портативных цифровых питомцев. В итоге небольшое устройство встало в один ряд с такими игровыми консолями, как Nintendo Switch и PlayStation. В 2026-м поклонники тамагочи отмечают 30-летие игрушки разными мероприятиями от тематических выставок до «свадеб».

Идея создания виртуального компаньона пришла к Аки Маита, когда она увидела рекламу, в которой мальчик мечтал взять свою черепаху в путешествие. Ее коллега Акихиро Йокой помог реализовать идею, объединив японское слово «яйцо» — tamago и английское «часы» — watch. В итоге дизайн превзошел предыдущие версии цифровых питомцев, включая Неко — виртуального кота, выпущенного в 1989 году, который ограничивался преследованием курсора мыши на экране.

Карманный питомец Bandai был выпущен в виде игрушки-брелока в форме яйца и имел три кнопки. Первоначально его предлагали в качестве игрушки для мальчиков, но тамагочи стал популярен среди девочек-старшеклассниц. Успех был ошеломительный: устройства раскупались мгновенно и превратились в икону поп-культуры 1990-х.

Миллениалы до сих пор с теплотой вспоминают о них, как о «цифровом лучшем друге» эпохи до появления смартфонов. Тамагочи нужно было поддерживать в живом состоянии, кормить его, мыть и развлекать играми. Недостаточный уход приводил к катастрофическим последствиям, дети девяностых помнят горечь утраты.

«Тамагочи были одними из первых, кто показал нам, что дизайн может способствовать формированию эмоциональной связи с машинами», — объясняет Паола Антонелли, старший куратор и директор по исследованиям и разработкам Нью-Йоркского музея современного искусства (MoMA). По ее словам, ДНК игрушки повлияла на каждое интерактивное устройство, которое «балансирует между полезностью и общением», от голосовых помощников до умных фитнес-трекеров, которые «отвечают нам, напоминают, ругают и вознаграждают».

«Тамагочи был капризным и требовательным, голодным и раздражительным, сонным, какающим. Он заставлял пользователей участвовать в циклах заботы и пренебрежения, обязанностей и вознаграждения», — поясняет Антонелли. Она отмечает, что гениальность гаджета заключалась в том, что эмоциональная составляющая исходила не от графики или сюжета, а от поведения персонажей. Именно поэтому люди помнят его спустя десятилетия.

Это подтверждает один из участников массовой свадебной церемонии в Торонто. Он рассказал, что повторное обнаружение детской коллекции тамагочи помогло ему пережить самый тяжелый период после смерти бабушки во время пандемии. «Они стали важным инструментом, который помог мне оставаться на плаву в очень мрачный период моей жизни, — говорит мужчина. — Забота о моем тамагочи помогла мне позаботиться о себе».

На фоне более сложных 3D-анимаций своего времени, таких как Super Mario 64 и Tomb Raider, тамагочи выделялись как горстка пикселей на крошечном экране. Однако яркая и дружелюбная оболочка — брелоки в пастельных тонах и с округлыми формами — делала их доступными, привлекательными и... неотразимыми. Тот факт, что игрушки выпускались во множестве различных дизайнов, делал их ценными предметами коллекционирования задолго до лабубу.

Сорокалетняя коллекционерка из Сан-Франциско Эрина Хасегава ценит разнообразие и подбирает к своим нарядам разных тамагочи из огромной коллекции в 1700 экземпляров. Женщина вложила 60 000 долларов в приобретение всех японских и американских версий, а также по-прежнему ищет редкие модели из Европы, Австралии и Новой Зеландии.

Хасегава говорит, что все еще получает удовольствие от обнаружения скрытых игровых функций. «Никогда не знаешь, что получишь. Недавно я сто раз убрала за своим питомцем экскременты в Tamagotchi Paradise и заработала 1000 очков gotchi — внутриигровую валюту для покупки еды, игрушек и украшений», — рассказывает она.

Среди самых ценных экземпляров два мятно-зеленых тамагочи из серии Family, купленные на аукционе в 2010 году по 30 долларов каждый. Сегодня эти модели оцениваются в 7000 долларов каждая из-за редкого дизайна, хотя и предлагают «типичный игровой процесс». У Эрины также есть оригинальный тамагочи 1996 года, модель P1 с ярко-розовым корпусом, который был самой продаваемой версией. Коллекционерка помнит, как стояла в очереди с отцом, чтобы купить его.

Спрос после оглушительного успеха в конце девяностых привел к глобальному дефициту тамагочи. Это побудило Bandai расширить дистрибуцию в США, Канаде, Великобритании и Австралии. Хотя постепенно ажиотаж утих, возрождение бренда в 2004 году с появлением технологии Tamagotchi Connection, предлагающей взаимодействие питомцев с помощью ИК-порта, вернуло интерес к бренду.

Затем последовали современные модели, такие как Tamagotchi Pix 2021 года со встроенной камерой и виртуальной няней — функция, которая «присматривает» за питомцем, если вам нужен перерыв. В 2023-м вышла модель Tamagotchi Uni с поддержкой Wi-Fi, в 2025-м — Tamagotchi Paradise, ориентированная на подростков и предлагающая мини-игры, а также возможность разведения персонажей для создания более уникальных.

Культура тамагочи процветает в интернете. Создатели контента делятся обучающими видео и предлагают ролики о кастомизации устройств и изготовлении персональных корпусов. О популярности игрушки говорят многотысячные просмотры.

По словам психотерапевта Джессики Ламар, тамагочи пробуждает в пользователях врожденное желание заботиться о других. Он заставляет людей устанавливать с ним связь и проявлять внимание, при этом все происходит в безопасной и контролируемой среде. «Забота о виртуальном питомце также обеспечивает ощущение структуры и распорядка дня, что может помочь снизить чувство тревоги и стресса», — подчеркивает Ламар.

В отличие от реального ухода за больным, который может быть сопряжен со значительными эмоциональными и организационными трудностями, тамагочи позволяет испытать радость заботы без связанного с этим давления или неожиданностей. Игрок всегда может начать или остановить игру.

Многие действительно ощущают терапевтический эффект рутины, у некоторых виртуальные питомцы живут несколько лет. Так, одна из пользовательниц рассказывает: «Они помогают мне справиться с тревогой и чувствовать себя менее одинокой, подобно любимой плюшевой игрушке или тотему. Я даже устраиваю им дни рождения, чтобы отметить дату их появления на свет, и отношусь к ним как к маленьким воображаемым друзьям».

Рабиндра Ратан, профессор кафедры медиа и информации Мичиганского государственного университета, считает, что простые и выполнимые задачи игрушки (кормление, игра) помогают владельцу «удовлетворять свои основные потребности в автономии, взаимосвязи и компетентности». Он также отмечает: «Физического и эмоционального труда, очевидно, меньше, чем при уходе за настоящим домашним животным».