8 правил Дмитрия Сухова, которые помогут разобраться в современной живописи

Я придерживаюсь точки зрения, что восприятие зрителя заслуживает уважения. Зачастую это искренний, не подготовленный профессионально человек, со своим жизненным опытом, системой ценностей и индивидуальным взглядом. Мы все разные, и именно в этом многообразии интерпретаций, на мой взгляд, и заключается важная часть диалога между искусством и аудиторией.

Безусловно, искусство может быть как концептуальным, так и интуитивным — и оба подхода имеют право на существование. Лично мне ближе интуитивное искусство, поскольку я воспринимаю его как более честное и непосредственное, не перегруженное искусственными смыслами. При этом я с большим уважением отношусь к сильным и тонко выстроенным проектам, где концепция и высказывание действительно являются неотъемлемой частью художественного языка.

Техника во многом зависит от внутреннего состояния и интересов самого автора. Художник может сегодня работать с пастозной живописью, завтра обратиться к керамике, а затем — к монументальной скульптуре. Я говорю в том числе и о собственном опыте: со временем артист меняется, как и его художественные ориентиры, и это естественный процесс развития.

Иногда простая красная линия на белом холсте может оказаться эмоционально сильнее, чем виртуозно выполненная академическая живопись. Здесь важен не столько уровень технической сложности, сколько то, что именно и каким образом транслируется в каждом отдельном случае. Поэтому всё всегда зависит от конкретного контекста.

Искусство может быть разным, как классическим, так и современным. Если говорить о современном искусстве, то, на мой взгляд, в условиях сегодняшних реалий особенно важны уникальность и подлинность художественного высказывания. Вторичность, стилистическое заимствование или повторение уже существующих решений мне лично не близки. Я убеждён, что по-настоящему современному искусству невозможно научиться формально: это либо внутренне присуще автору, либо нет. В противном случае нередко возникает ощущение игры в искусство, где отсутствие собственного узнаваемого языка компенсируется чрезмерной концептуализацией и многослойными, но не всегда искренними интерпретациями. По моим наблюдениям, значительная часть арт-рынка функционирует именно в таком режиме.

Я считаю, что ориентироваться на хейт или оценку галеристов как на объективный критерий не стоит. Галеристы в первую очередь являются участниками коммерческого процесса, и это неизбежно влияет на их позицию. Я говорю об этом не теоретически, а исходя из личного опыта. Конкуренция в среде существует, как и субъективные симпатии или антипатии, которые не всегда имеют отношение к художественной ценности работ. При этом стоит отметить, что по-настоящему отличающаяся, независимая и узнаваемая художественная позиция нередко вызывает сопротивление и обесценивание внутри профессионального сообщества. С подобным давлением мне самому доводилось сталкиваться.

Здесь всё напрямую зависит от автора и от того, что именно он стремится выразить. Лично для меня неприемлемы масс-маркет и искусство, построенное на имитации или поверхностной актуальности — это всегда служит для меня сигналом не углубляться дальше. Как правило, чрезмерная смысловая нагрузка и постоянная апелляция к трендам становятся заменой отсутствия собственного художественного языка и индивидуального стиля. Именно поэтому подобные проекты редко находят у меня отклик.